Анализ повести «Невский проспект» Гоголя: суть, смысл, идея

Анализ повести "Невский проспект" Гоголя: суть, смысл, идея
Пирогов и жена Шиллера.
Художник Д. Кардовский

Повесть «Невский проспект» принадлежит к циклу Петербургских повестей Николая Гоголя.
В этой статье представлен анализ повести «Невский проспект» Гоголя: суть, смысл и идея произведения.

— Краткое содержание повести
— Все материалы по «Невскому проспекту»

 

 

Анализ повести «Невский проспект» Гоголя

Н. А. Котляревский: 

«Основная идея… мысль о борьбе художника с прозою жизни, борьбе жестокой, полной страданий, которая почти всегда кончается гибелью дерзкого, возмутившагося против действительности человека.

В „Невском проспекте» сам автор неоднократно наводит читателя на эту основную идею своего произведения. „О! как отвратительна действительность! Что она против мечты?» „Боже! что за жизнь наша! — вечный раздор мечты с существенностью!» — говорить сам Гоголь, задумываясь над судьбой своего героя; и, заканчивая свою повесть, он повторяет тот же возгласъ, но только не в патетическом, а в полушутливом тоне: „Как странно, как непостижимо играет нами судьба наша!».

Нас не должен смущать этот юмористический тон, которым автор стремится себя утешить и которым он смягчаеть грустное впечатление своего рассказа. Рассказ о художнике Пискареве, действительно, очень печален, и веселый анекдот об его товарище Пирогове только ярче оттеняет всю трагедию несчастнаго мечтателя, который думал найти своей идеал на Невском проспекте и, идя следом за этим идеалом, очутился в самом грязном притоне. Но и без этой фатальной встречи наш нежный и тихий мечтатель-художник — фигура трагическая. <…>

У него, жителя севера, мечта может разыграться не хуже, чем у его южных братьев. От такой мечты, от такого сновидения и погиб наш мечтатель, который хотел день обратить в ночь, жизнь в сон, чтобы не разлучаться со своим идеалом, мечтатель, который решился было облагородить житейскую грязь своим прикосновением к ней и, наконец, в самоубийстве нашел примирение с жизнью.

Читая эту повесть, можно, конечно, задуматься над сравнительно ничтожным мотивом, который избрал автор, как предлог для такой душевной катастрофы. Можно удивиться, что из всех противоречий идеала и жизни, противоречий, так больно отзывающихся на душе поэта, Гоголь остановился именно на этом резком контрасте внешней женской красоты и душевного безобразия и грязи. Контраст в его изображении вышел, действительно, очень резкий. Женщина, падение которой повлекло за собой гибель художника, была с внешней стороны идеалом красоты, на описание которой наш автор не поскупился. <…>

Гоголь имел свои основания, когда всю загадку жизни художника сосредоточил на его любви к этой красавице. Надо знать, как в те годы, да и вообще во всю свою жизнь, наш автор высоко ставил женщину и ее красоту, чтобы понять ту общую мысль, которую он высказал в своей повести. История с Пискаревым была не только страницей обыденной жизни, страницей вполне согласной с реальной правдой — это был рассказ с затаенным смыслом.

Для Гоголя женская красота и „красота» вообще были понятия почти что равнозначущия, а с „красотой» в жизни для него неразрывно были соединены и понятия об истине и добре. Он в те годы неоднократно подчеркивал эту связь понятий, и есть основание думать, что он всю жизнь продолжал верить в эту связь, которая так затрудняла ему его отношения к женщинам, с которыми он сталкивался. <…>

Наш поэт в любви был большой романтик и рыцарь: у него был свой культ красоты и ее носительницы — женщины, почему и выставленное в „Невском Проспекте» противоречие между идеальной красотой внешней и внутренним душевным безобразием являлось в его глазах одним из самых страшных контрастов идеала и жизни. Контраст был и потому еще столь ужасный, что он не допускал никакого соглашения…»

(Н. А. Котляревский «Николай Васильевич Гоголь. 1829-1842 : Очерк из истории рус. повести и драмы» 1908 г.)

Н. Л. Степанов о повести «Невский проспект»:

«Петербургские повести Гоголя [в том числе «Невский проспект»]… представляют цельный, законченный цикл…

Героем петербургских повестей явился маленький обездоленный человек, чья трагическая судьба в условиях всесильной бюрократической иерархии, господства чина и капитала становится предметом самого пристального внимания писателя.

Гоголевский герой, маленький человек, не в силах преодолеть вечный раздор мечты и действительности, он гибнет в неравной схватке с повседневностью. Кончает жизнь самоубийством мечтательный, искренне преданный искусству художник Пискарев, умирает в горячке безропотный Акакий Акакиевич, сходит в ума… Поприщев, погибает герой «Портрета».

Петербургские повести проникнуты чувством гуманности, исполнены глубокого сострадания к простому человеку, бедному труженику, беззащитному перед лицом жестокой действительности. <…>

…том открывается «Невским проспектом» — произведением, которое можно назвать увертюрой к петербургским повестям. В «Невском проспекте» переплетаются темы и мотивы, развитые затем в других повестях: тема трагической гибели идеала, краха надежд, мечты при столкновении с действительностью…; затронута проблема взаимоотношений художника и общества… <…>

Сюжет «Невского проспекта» основан на контрастном параллелизме судеб героев, через всю повесть проходит противопоставление двух начал, противоположных социальных и нравственных сфер. С одной стороны — трагическая судьба бедняка художника, который гибнет, будучи не в силах перенести крушения своих иллюзий; с другой — история фривольных похождений самодовольного поручика Пирогова. То, что становится трагедией для идеалиста и мечтателя художника Пискарева, приобретает фарсовый, комический характер в жизни пошляка Пирогова. <…>

Создание образа преуспевающего поручика Пирогова явилось большой творческой удачей Гоголя.»

(Н. Л. Степанов, примечания к 3-ему тому «Собрания сочинений Гоголя в 6 томах», 1959 г.)

Д. Н. Овсянико-Куликовский о повести «Невский проспект»:

«…первая серьезная повесть Гоголя из общерусской жизни — «Невский проспект» (1834 г.), о которой Пушкин отозвался, как о «самом полном» (т.е. содержательном и выдержанном) из произведений Гоголя, в то время изданных. Позднее появились другие, еще более «полные» творения Гоголя, в сравнении с которыми «Невский проспект» представляется лишь опытом, показывающим, как великий писатель искал своей настоящей дороги. Он шел к реализму творчества через романтизм настроения, идей и приемов письма. Это тот же путь, каким он шел и в произведениях малороссийских.

«Невский проспект» — повесть на половину реальная, наполовину романтическая. В ней рассказаны и сопоставлены две параллельные «истории»: реальная, пошлая история поручика Пирогова, которого за ловеласничество высекли честные немцы, и романтическая история художника Пискарева, который лишил себя жизни, по мотивам ультра-романтическим.

В той части, где дело идет о поручике Пирогове, видно родство с тем, что представляют собою повести «Нос» и «Коляска»: это также смешной анекдот, рассказанный для потехи. Но разница в том, что на этот анекдот падает тень от другой части повести, от истории художника Пискарева, и эта тень заставляет нас невольно задуматься и усомниться в том, в самом ли деле для одной лишь потехи рассказан этот смешной казус…

Но в то же время и на романтического художника, от сопоставления с его приятелем, поручиком Пироговым, падает также некая тень — пошловатости, и читатель чувствует, что расстояние между друзьями не так уж велико. Оба они — люди очень глупые. Разница лишь в том, что поручик Пирогов глуп до смешного, а художник Пискарев — глуп трагически, — и это самый скверный и безнадежный вид глупости. И мы читаем печальную повесть его страданий, мечтаний и смерти — без всякой жалости, без сочувствия. И к заключительным словам Гоголя: «Так погиб, жертва безумной страсти, бедный Пискарев» — мы относимся с некоторым недоумением.

Мы думаем: никогда, ни при каких, далее самых благоприятных условиях, «талант» Пискарева не вспыхнул бы ни широко, ни ярко; в лучшем случае из него вышел бы посредственный ремесленник; всего вероятнее, что он окончил бы тем, чем так часто кончают русские люди с «искрой таланта»: спился бы. И вышел бы из него пропойца трагический, мелодраматический, произносящий в трактире жестокие тирады о погибшей жизни, о загубленном великом даровании…

Гоголь не хотел разоблачать бедного художника и отнесся к нему с большою снисходительностью и мягкостью, как и вообще отнесся он к «типу» петербургских художников, абрис которого набросан в другом месте повести. Там их искусство не высоко оценивается, и показано, что из них, собственно говоря, ничего не выходит; но вина за это сваливается на петербургский климат и на склад петербургской жизни. <…> И сами художники представлены здесь, хотя и в смешном виде, но с явным сочувствием.

Тут, несомненно, сказались личные симпатии Гоголя к этому миру художников. Он сразу полюбил этих скромных, робких тружеников, лелеющих романтический идеал высокого искусства, противопоставляемого пошлой жизни, — идеал, который разделял и он сам. На фоне серой петербургской жизни эти мечтатели казались явлением необычным. <…>

Знакомство с этой средой завязалось у Гоголя еще в 1830 году, когда он посещал классы рисования в Академии художеств. <…>

Эта наивная идеализация с годами, конечно, пошла на убыль; но живой интерес к миру художников, к их душевному укладу и их искусству остался у Гоголя навсегда. Мотив контраста или конфликта между культом «красоты», жрецом которого является художник, и безобразием или пошлостью окружающей жизни, между мечтой и действительностью не переставал занимать Гоголя, и размышления в этом направлении подсказали ему не только идею и сюжет «Невского проспекта», но и идею другой повести — «Портрет»… По всему видно, что указанный мотив играл видную роль в творчестве Гоголя…

 

 

Но в богатом содержании повести «Невский проспект» есть и другие мотивы. Один из них намечен лишь вскользь, но ему суждено было занять видное место в тех долгих, сосредоточенных думах, которые легли в основу величайшего из творений Гоголя — «Мертвых душ». Этот мотив затронут в том месте, где говорится о немцах-ремесленниках, кстати сказать, превосходно очерченных. <…>

Гоголь очень ценил выдержку, аккуратность, самообладание, трудоспособность и добросовестность, — качества, которые бросались в глаза, когда он встречался с немецкими ремесленниками, и которых он не находил у русского чѳловека. В данном месте о русском рабочем или мастеровом нет речи, но противопоставление немца русскому с указанной точки зрения, напрашивалось само собою, и, без сомнения, Гоголь имел его в виду.
Вникая в темные стороны русской действительности и отрицательные черты русского национального характера, он, в числе других, отмечал наше слабоволие, отсутствие выдержки, легкомысленное отношение к своей собственной жизни, недостаточную трудоспособность и ту легкость, с какою русский человек опускается, обленивается, бросает дело и превращается в «тряпку». <…>

Безволие, распущенность, неспособность к планомерному и стойкому труду, неумение жить добро- порядочно и благообразно, — таковы те «свойства» русского человека, которые Гоголь находил не только в простонародии, но и всюду — у русских людей «всех званий и состояний». С этой точки зрения одинаково плохи представлялись ему все — и помещики, и чиновники, и купцы, и мещане, и крестьяне и, наконец, все те, которые составляли интеллигенцию того времени. <…>

…выдающееся значение… принадлежит… мастерскому изображению показной стороны, петербургской жизни. Это сделано с помощью описания Невского проспекта в различные часы, т. е. публики, толпящейся на этой «улице-красавице нашей столицы». Нельзя не упрекнуть Гоголя за чрезмерную растянутость этого описания. Здесь бросается в глаза основной недостаток раннего творчества Гоголя: отсутствие экономии в приемах и средствах художественного письма.

Это какой-то разгул острословия, производящий невыгодное впечатление словоохотливости и балагурства, — впечатление, которое тем досаднее, что читатель не перестает чувствовать под этим юмористическим очерком серьезную мысль и невольно думает, что эта мысль выступила бы яснее и резче, если бы она не была завалена и придавлена этой грудою на лету схваченных силуэтов, этим калейдоскопом быстро мелькающих усов, воротников, шляп, шинелей, сапогов, башмачков…

Избыток черт и красок производит эффект надуманности, — читатель чувствует, что художник намеренно ведет его куда-то и при этом слишком настойчиво подсказываете ему какой-то вывод, — и это мешает натуральному, самопроизвольному возникновению мысли из образа. Этот недостаток чувствуется местами и в повести «Портрет»,»

(Д. Н. Овсянико-Куликовский «Гоголь в его произведениях: к столетию рождения великого писателя. 1809-1909», 1909 г.)

Это был анализ повести «Невский проспект» Гоголя: суть, смысл и идея произведения, анализ персонажей.

Оцените статью
Arthodynka.ru
Добавить комментарий